|
Рассказы для взрослых |
|
|
| Как я впервые сошел с ума |
Весь погруженный в свои мысли о работе, я показываю билет пожилой проводнице и иду по узкому коридору вагона, ожидая, когда проплывающие мимо открытые двери купе не явят мне мое место с номером 17. Вот оно. Захожу, привычными автоматическими движениями бросаю сумку под сиденье, снимаю куртку и сажусь у окна. Мысли снова одолевают меня. Ведь не успеем до конца месяца напечатать этот хренов каталог! Столько еще материала подготовить надо…
Отгоняю роящиеся мысли, отхлебываю минералку из бутылки и смотрю в окно. Что-то пустует вагон в этот раз, ведь уже почти отправление. Да вот собственно, и проводница о том же говорит кому-то из провожающих. Ну, поеду значит один в купе, окно хотя бы открою. А то устраивают газовую камеру, мамаши с детьми и бабки дурацкие. Они, видите ли, простудиться боятся. А то что человек задыхается…
Неожиданно меня окатывает ароматом духов, я прерываю мысль и поворачиваю голову ко входу.
- Добрый вечер! – женщина лет тридцати приветливо, но бегло улыбается мне, бросает сумку на сиденье и явно торопясь переговорить с кем-то из провожающих, быстро покидает купе.
Теперь точно задохнусь, обреченно решаю я. Еще с минуту созерцаю просвечивающие через пелену мокрого снега желто-зеленые пятна фонарей, а потом поезд дергается и платформа медленно ползет прочь. Соседка вновь появляется в купе, снимает мокрое пальто. Просит помочь ей поставить тяжелый чемодан вниз, под сиденье. Продолжая пребывать в мире своих мыслей, я вежливо киваю и берусь за ее чемодан. Поднимая сиденье, она случайно касается моей руки. Хм, необычное ощущение. Смотрю ей в лицо – широкие скулы, гладкая чуть смугловатая кожа, черные как смоль глаза и волосы. Не красавица, а привычном понимании, но что-то в ней есть необычное, крепко цепляющее. Глаза… какой необычный взгляд. Такое впечатление, будто мы с ней знакомы уже давно и ничто не мешает нам сейчас коснуться друг друга, или даже поцеловаться. Удивляюсь ходу своих мыслей и поставив чемодан, смущенно встаю, глядя в окно.
- Спасибо, молодой человек,- улыбается она,- я Марина!
- Андрей,- отвечаю, снова переведя взгляд на нее. Только сейчас, когда она без пальто, я обращаю внимание, какая у нее фигура! Тяжелые широкие бедра, на фоне которых ее талия так выделяется … Массивная грудь и несколько короткие ноги, будто она вросла в землю, – все в ней дышит какой-то дикой первобытной энергией самки. Я, гася неловкость, сажусь, отхлебываю глоток минералки и снова гляжу в окно, пытаясь нащупать потерянный ход мыслей. Да, каталог… Марина – это типа, морская. Вновь всплывают в памяти очертания ее бедер. Прилагая усилие, думаю : осталось две недели до… Краем глаза против своей воли слежу за ней.
Она садится напротив меня и принялась набирать какое-то сообщение на своем мобильнике. Потом положила телефон на столик и перевела взгляд на меня.
- Вы до Москвы?- спрашиваю.
- До Москвы,- вновь улыбается она,- давай на ты, не возражаешь?
- Ни разу!
Какое-то время беседуем. У нас находятся общие темы. Она тоже PR-менеджер, или что-то около того. Постепенно оставляем профессиональные темы. Марина веселый, живой собеседник. Она явно не похожа на меня, вечно умствующего, выискивающего во всем смысл. Но есть в ней какая-то непонятная мне глубина, к которой я проникаюсь уважением. Она не из моего города, едет в Москву по делам. Как и я, впрочем. Через полчаса раскрепощаюсь, начинаю шутить. Нам весело. Какая все же необычная, сильная энергетика у нее. Как будто горячее электричество от нее расходится упругими волнами в разные стороны, и разбегается по моему телу щипками мурашек… Она старше меня лет на пять, в уголках глаз морщинки. А вот шея гладкая, сильная. Воротник ее жакета расстегнут и, мне видна ямка и тени в том месте, где ее шея переходит в широкие скулы. Мне хочется провести там языком, а потом опустить его ниже, пощекотать эту ямку, слегка надавить…
Вообще, я всегда был хорошим мальчиком. Я не привык вот так с незнакомой девушкой, тем более женщиной. Так что фантазии – это все просто фантазии.
В ходе разговора я по своему обычаю выпендриваюсь. Типа, я хиромантией в свое время увлекался.
- Интересно, покажи-расскажи! – она немедленно живо реагирует, протягивая мне ладонь. Как будто невзначай Марина склоняется вперед, и на одной линии с ее раскрытой чуть влажной ладонью я вижу вырез блузки. Полные груди, стянутые вместе бюстгальтером, открывают мне темную ложбинку между ними. Беру ее запястье и касаюсь пальцем бороздки, в которой поблескивают бисеринки пота.
- Это линия жизни. Длинная, без изломов. Будешь долго жить, серьезных катаклизмов не предвидится.
Чувствую ток крови в ее запястье, пульс учащенный. Из меня рвется желание притянуть ее за руку к себе… неожиданно она легко поднимается и садится рядом со мной. Ее упругое бедро прижимается к моей ноге, я чувствую как тепло бросается от ее разгоряченного тела ко мне.
- Так удобней,- ее глаза с расширенными зрачками блестят сумасшедшинкой, тяжелая грудь с каждым вздохом плотно натягивает жесткую ткань коричневой блузки, будто хочет освободиться от ее нестерпимого давления.
- А что с линией любви? - она вновь протягивает руку, чуть запрокинув голову, глядя мне в глаза.
Мне передается ее состояние, я зачем-то обеими руками беру ее ладонь. Вроде, начинается на холме Венеры… Где он, я уже забыл, но сейчас мне почему-то все равно, я как никогда далек от стеснения. Словно околдованный, я молча гляжу в ее глаза, чувствуя как внизу живота вскипает горячая электрическая волна. Я непроизвольно начинаю ласкать влажную кожу ладони, и ее пальцы отвечают мне. Я настолько очарован моментом, что кажется, слишком медлю…
- Ты чего-то боишься? - выдыхает она, приближая ко мне лицо. Воронова крыла прядь падает ей на глаза, неодолимая сила заставляет меня опустить руки на ее грудь еще до того, как наши губы сливаются в поцелуе. Ее губы пьяняще влажные и мягкие, наши языки встречаются, одна моя рука нащупывает ее грудь через толстую блузку, другая скользит вниз по талии к бедрам. Ее руки нетерпеливо забираются ко мне под рубаху, она нащупывает брючный ремень. Я понимаю, что хочу видеть ее нагой прямо сейчас, и оторвавшись от ее губ, хрипло шепчу :
- Раздевайся!
Она молча кивает, быстро расстегивает пуговицы, сбрасывает блузку, юбку. Я справляюсь быстрее, и уже полностью раздетый, срываю с нее лифчик. Тяжелые груди проседают вниз, чуть колыхаясь, целятся в меня крупными темными сосками, я припадаю к правому соску ртом, руками стаскиваю трусики. Когда они падают на пол, начинаю страстно, но осторожно месить ее груди в ладонях. Она начинает низко глухо постанывать, запустив пальцы в мои волосы. Я скольжу языком вниз к пупку, проникаю в него так, словно стараюсь овладеть ей таким способом.
Провожу рукой вниз по ее тугому боку к бедрам, затем поднимаю вверх к промежности, ее бедра начинают подрагивать, она разводит ноги. Там все влажно и податливо, мои пальцы скользят между ее губ взад и вперед, соскальзывая глубже. Я так возбужден, что даже не хочу ласкать ее, увлекаю ее на сиденье, она понимает меня и садится передо мной широко раздвинув ноги. Встав на колени притягиваю ее обеими руками за талию, будто насаживая на себя. Я так возбужден, что просто чувствую своим членом ее вагину, и вхожу сразу и не глядя. Она судорожно выдыхает, я начинаю двигаться в ней, проникая до предела глубоко. Она обхватывает меня руками, страстно помогая мне. Двигаюсь неистово, быстро, выхожу почти весь и резко вхожу до упора, толкая ее инерцией своего движения на стенку купе. Она откидывается назад, запрокинув голову и подняв ноги, и я смочив слюной пальцы, ласкаю круговыми движениями ее твердые соски, неистово облизываю шею, ключицы, покусываю мочки ее ушей. С помощью бедер направляю удары члена в верхнюю стенку ее влагалища, ощущая ее шероховатой из-за набухших сосудов. Она явно сдерживается, чтобы не закричать, глухо утробно стонет, плотно прижимаясь ко мне лобком, содрогается несколько раз и становится мягкой и расслабленной, внутри тоже. Я уже не в силах сдерживаться, и она каким-то непостижимым образом догадывается, шепчет «Встань!», толкая меня вверх. Она сходу глубоко заглатывает мой член, почти весь целиком, и я в судорогах неистового удовольствия долго, секунд десять, извергаюсь в глубины ее сокращающейся гортани.
Мы без сил падаем на так и незастеленное сиденье, по всему купе в беспорядке разбросана наша одежда. Мыслей нет, мы просто обнимаем друг друга, ощущая томное блаженство завершения. Взгляд падает на часы – с момента нашего поцелуя прошло пятнадцать минут… а я думал, все случилось мгновенно. Она тихо улыбается. Я ловлю ее взгляд.
Мы забыли запереть дверь! |
|
